Новое - это хорошо забытое старое
<<<       >>>

Высказывания о государстве, обществе и религии
известных людей девятнадцатого столетия
(продолжение)

  Все новое есть лишь забвенное.
Царь Соломон
Abraham Lincoln (1809—1865) Авраам Линкольн

«Овца и волк по-разному понимают слово «свобода», в этом сущность разногласий, господствующих в человеческом обществе.»

«Иногда удается дурачить народ, но только на некоторое время; дольше - часть народа; но нельзя все время дурачить весь народ.»

«Приход к власти корпораций неизбежно повлечет за собой эру продажности и разложения в высших органах страны, и капитал будет стремиться утвердить свое владычество, играя на самых темных инстинктах масс, пока все национальные богатства не сосредоточатся в руках немногих избранных...»

«Кто отрицает свободу другого, сам свободы не заслуживает.»

«Если тут наступит деспотия, я предпочел бы эмигрировать в страну без претензий на любовь к свободе — в Россию, например, где деспотизм может считаться чистым, без низменной примеси лицемерия.»

«У меня не достаточно хорошая память, чтобы лгать.»

Авраам Линкольн (англ. Abraham Lincoln) (1809—1865)
— американский политик, выступивший против рабства; 16-й президент США.

«Страсть или привычка к доносам есть одна из самых выдающихся сторон характера наших предков.»

Петр Карлович Щебальский (1810—1886)
— русский историк и публицист.
Русский революционер-демократ Александр Иванович Герцен (1812—1870)

«Не будет миру свободы, пока все религиозное, политическое не превратится в человеческое, простое, подлежащее критике и отрицанию. Возмужалая логика ненавидит канонизированные истины, она их расстригает из ангельского чина в людской, она из священных таинств делает явные истины, она ничего не считает неприкосновенным<...>»

«Все религии основывали нравственность на покорности, то есть на добровольном рабстве.»

«нет идеи беднее, жальче, слабее, как идея порядка quand meme <несмотря ни на что, во что бы то ни стало (фр.)>, порядка в смысле полицейской тишины; полиция идет вперед и на первом месте только тогда, когда ведут кого-нибудь на казнь.»

Александр Иванович Герцен (1812—1870)
— русский революционер-демократ, философ-материалист, писатель, публицист, основоположник народничества.

«Был свидетелем выборов в ополчение <во время Крымской войны 1853-1856 годов России против Турции, Англии и Франции>. Трудно себе представить что-нибудь более отвратительное и печальное. Я не признавал большого патриотизма и благородства в русском дворянстве, но то, что я видел в Воронеже, далеко превзошло мои предположения. Богатые или достаточные дворяне без зазрения совести откупались от выборов... и притом, такая тупость, такое отсутствие понятий о чести и о правде. Крестьяне же идут в ратники безропотно»

«Вообще здешнее высшее общество боится, чтобы новый <русский> царь <Александр Второй> не был слишком добр и не распустил нас. Общество притеснительнее правительства»

«<...>наша публика более боится гласности, нежели третье отделение <высший орган политической полиции Российской империи в правление Николая I и Александра II (с 1826 по 1880 годы)>...»

Тимофей Николаевич Грановский (1813—1855)
— русский историк, общественный деятель, один из идеологов западничества. Профессор Московского университета с 1939 года.
Автопортрет Михаила Юрьевича Лермонтова (1814—1841)
«Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ.

Быть может, за стеной Кавказа
Сокроюсь от твоих пашей,
От их всевидящего глаза,
От их всеслышащих ушей»

« А вы, надменные потомки
Известной подлостью прославленных отцов,
Пятою рабскою поправшие обломки
Игрою счастия обиженных родов!
Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда - всё молчи!...»
  «С тех пор как вечный судия
Мне дал всеведенье пророка,
В очах людей читаю я
Страницы злобы и порока.
Провозглашать я стал любви
И правды чистые ученья:
В меня все ближние мои
Бросали бешено каменья.»
 
Михаил Юрьевич Лермонтов (1814—1841)
— русский поэт, писатель, участник Кавказской войны 1817—1864 гг.
Михаил Александрович Бакунин (1814—1876)

«Под управлением народным ... разумеют управление народа посредством небольшого числа представителей, избранных народом... с какой точки зрения не смотри на этот вопрос, все приходишь к тому же самому печальному результату: к управлению огромного большинства народных масс привилегированным меньшинством. Но это меньшинство, говорят марксисты, будет состоять из работников. Да, пожалуй, из бывших работников, но которые лишь только сделаются правителями и представителями народа, перестанут быть работниками и станут смотреть на весь чернорабочий мир с высоты государственной; будут представлять уже не народ, а себя и свои притязания на управление народом.»

«В России трудно и почти невозможно чиновнику быть не вором. Во-первых все вокруг него крадут, привычка становится природою, и что прежде приводило в негодование, казалось противным, скоро становится естественным, неизбежным, необходимым; во-вторых потому, что подчиненный должен сам часто в том или другом виде платить подать начальнику, и наконец потому, что если кто и вздумает остаться честным человеком, то и товарищи и начальники его возненавидят; сначала прокричат его чудаком, диким, необщественным человеком, а если не исправится, так пожалуй и либералом, опасным вольнодумцем, а тогда уж не успокоятся, прежде чем его совсем не задавят и не сотрут его с лица земли.
      Из низших же чиновников, воспитанных в такой школе, делаются со-временем высшие, которые в свою очередь и тем же самым способом воспитывают вступающую молодежь, — и воровство и неправда и притеснения в России живут и растут, как тысячечленный полип, которого как ни руби и ни режь, он никогда не умирает.»

Михаил Александрович Бакунин (1814—1876)
— русский революционер, теоретик анархизма, один из идеологов народничества.
Тостой Алексей Константинович (1817-1875) « Послушайте, ребята,
Что вам расскажет дед.
Земля наша богата,
Порядка в ней лишь нет.

А эту правду, детки,
За тысячу уж лет
Смекнули наши предки:
Порядка-де, вишь, нет.
<. . . . . . . . . . . . . . . . . . >
»
« Когда ж вступил Владимир
На свой отцовский трон,
<. . . . . . . . . . . . . . . . . . >
Он вдруг сказал народу:
«Ведь наши боги дрянь,
Пойдем креститься в воду!»
И сделал нам Иордань.

Перун уж очень гадок!
Когда его спихнем,
Увидите, порядок
Какой мы заведем!»
»
« Послал он за попами
В Афины и Царьград.
Попы пришли толпами,
Крестятся и кадят,

Поют себе умильно
И полнят свой кисет;
Земля, как есть, обильна,
Порядка только нет.

Умре Владимир с горя,
Порядка не создав.
»
Алексей Константинович Толстой (1817—1875)
— русский граф, поэт, прозаик, драматург.
Портрет основоположника научного коммунизма («марксизма») Карла Маркса (1818—1883)

«Человек — это мир человека, государство, общество. Это государство, это общество порождают религию, превратное мировоззрение, ибо сами они — превратный мир.»

«Религия — это вздох угнетённой твари, сердце бессердечного мира, подобно тому как она <религия> — дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа.»

«свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех.»

«Колыбелью Московии было кровавое болото монгольского рабства<...> А современная Россия есть не что иное, как преображенная Московия.
      Татарское иго продолжалось с 1237 по 1462 г., более двух столетий <датой окончания татаро-монгольского ига считается 1480 год>. Оно не только подавляло, но оскорбляло и иссушало самую душу народа, ставшего его жертвой. Татаро-монголы установили режим систематического террора; опустошения и массовая резня стали непременной его принадлежностью. Ввиду того, что численность татар по сравнению с огромными размерами их завоеваний была невелика, они стремились, окружая себя ореолом ужаса, увеличить свои силы и сократить путем массовых убийств численность населения, которое могло поднять восстание у них в тылу. Кроме того, оставляя после себя пустыню, они руководствовались<...> принципом замещения людей овцами и превращения плодородных земель и населенных местностей в пастбища.
      <...>Чтобы поддерживать междоусобицы русских князей и обеспечить их рабскую покорность, монголы восстановили значение титула великого князя. Борьба между русскими князьями за этот титул была, как пишет современный автор, «подлой борьбой, борьбой рабов, главным оружием которых была клевета и которые всегда были готовы доносить друг на друга своим жестоким повелителям; они ссорились из-за пришедшего в упадок престола и могли его достичь только как грабители и отцеубийцы, с руками, полными золота и запятнанными кровью; они осмеливались вступить на престол, лишь пресмыкаясь, и могли удержать его, только стоя на коленях, распростершись и трепеща под угрозой кривой сабли хана, всегда готового повергнуть к своим ногам эти рабские короны и увенчанные ими головы».

«Ханы <Золотой Орды>, словно под воздействием каких-то чар, продолжали служить орудием расширения и сплочения Московии. Они намеренно усиливали могущество православной церкви, которая в руках московитских великих князей оказалась опаснейшим оружием против них самих.»

«Нации, как и женщине, не прощается минута оплошности, когда первый встречный авантюрист может совершить над ней насилие.»

Карл Маркс (нем. Karl Marx) (1818—1883)
— философ, историк, журналист, экономист, писатель, полиглот, немецкий эмигрант, общественный деятель, основоположник научного коммунизма («марксизма»).
Александр Второй (1818—1881)

<О воровстве и взяточничестве в русской армии во время осады Севастополя в 1854—1855 гг.> «Неправда, не может быть».

«При помощи небесного Промысла, всегда благодеющего России, да утверждается и совершенствуется ея внутреннее благоустройство; правда и милость да царствует в судах её; да развивается повсюду и с новою силою стремление к просвещению и всякой полезной деятельности, и каждый, под сению законов, для всех равно справедливых, всем равно покровительствующих, да наслаждается в мире плодами трудов невинных».

«гораздо лучше отменить крепостное право сверху, нежели дождаться того времени, когда оно само собой начнёт отменяться снизу».

«все, что возможно было сделать для ограждения интересов дворянства, сделано»

«охранять русский народ от зародышей вредных лжеучений»

Александр Второй (Александр II Николаевич, царь-«освободитель», царь-вешатель) (1818—1881)
— российский император (1855—1881), царь Польский и великий князь Финляндский, представитель династии Гольштейн-Готторп-Романовых.
Фридрих Энгельс (1820-1895)

«Религия возникла в самые первобытные времена из самых невежественных, темных, первобытных представлений людей о своей собственной и об окружающей природе.»

«Всякая религия является не чем иным, как фантастическим отражением в головах людей тех внешних сил, которые господствуют над ними в их повседневной жизни, — отражением, в котором земные силы принимают форму неземных.»

«Государство есть продукт общества на известной ступени развития; государство есть признание, что это общество запуталось в неразрешимом противоречии с самим собой, раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно бессильно. А чтобы эти противоположности, классы с противоречивыми экономическими интересами, не пожрали друг друга и общество в бесплодной борьбе, для этого стала необходима сила, стоящая, по-видимому, над обществом, сила которая бы умеряла столкновения, держала его в границах «порядка». И эта сила, происходящая из общества, но ставящая себя над ним, все более и более отчуждающая себя от него, есть государство»

«Так как государство возникло из потребности держать в узде противоположность классов; так как оно в то же время возникло в самих столкновениях этих классов, то оно по общему правилу является государством самого-могущественного, экономически господствующего класса, который при помощи государства становится также политически господствующим классом и приобретает таким образом новые средства для подавления и эксплуатации угнетенного класса. Так, античное государство было, прежде всего, государством рабовладельцев для подавления рабов, феодальное государство - органом дворянства для подавления крепостных и зависимых крестьян, а современное представительное государство есть орудие эксплуатации наемного труда капиталом.»

<В государстве> «Создаются особые законы о святости и неприкосновенности чиновников.»

«...Рабочий класс, дабы не потерять снова своего только что завоеванного господства, должен, с одной стороны устранить всю старую, доселе употреблявшуюся против него, машину угнетения, а с другой стороны, должен обеспечить себя против своих собственных депутатов и чиновников, объявляя их всех, без всякого исключения, сменяемыми в любое время.»

«Где нет общности интересов, там не может быть единства целей, не говоря уже о единстве действий.»

<В России времени правления царя Александра Третьего> «современная крупная промышленность привита к первобытной крестьянской общине и одновременно представлены все промежуточные стадии цивилизации, в стране, к тому же в интеллектуальном отношении окруженной более или менее эффективной китайской стеной, которая возведена деспотизмом, не приходится удивляться возникновению самых невероятных и причудливых сочетаний идей.»

Фридрих Энгельс (нем. Friedrich Engels) (1820—1895)
— немецкий философ, один из основоположников научного коммунизма.
Николай Алексеевич Некрасов (1821-1877/78)

«Мы мужики смиренные...
Сошлись мы - и заспорили:
Кому живётся счастливо,
Вольготно на Руси?
Роман сказал: помещику,
Демьян сказал: чиновнику,
Лука сказал: попу,
Купчине толстопузому,-
Сказали братья Губины,
Иван и Митродор,
Пахом сказал: светлейшему
Вельможному боярину,
Министру государеву,
А Пров сказал: царю...»
«И вот они опять, знакомые места,
Где жизнь отцов моих, бесплодна и пуста,
Текла среди пиров, бессмысленного чванства,
Разврата грязного и мелкого тиранства;
Где рой подавленных и трепетных рабов
Завидовал житью последних барских псов...»


«За желанье свободы народу
Потеряем мы сами свободу,
За святое стремленье к добру -
Нам в тюрьме отведут конуру.»


«Ты и убогая,
Ты и обильная,
Ты и могучая,
Ты и бессильная,
Матушка Русь!»

«Грош для новейших господ выше стыда и закона. Ныне тоскует лишь тот, кто не украл миллиона»

Николай Алексеевич Некрасов (1821—1877/78) - русский поэт.

>Иван Сергеевич Аксаков (1823—1886)

«Плети, шпицрутены, клейма, торговые казни, всё это было, всего этого уже нет, всё это рухнуло в тёмную бездну минувших зол, пережитого русского горя. Долой <...> все оружия истязания и срама, долой сечас же и немедленно<...>»

«Государство, конечно, необходимо, но не следует верить в него как в единственную цель и полнейшую норму человечества. Общественный и личный идеал человечества стоит выше всякого... государства, точно так, как совесть и внутренняя правда стоят выше закона и правды внешней».»

Иван Сергеевич Аксаков (1823—1886)
— русский публицист, общественный деятель, один из лидеров славянофильского движения.

«Разделение греческого мира на независимые центры способствовало развитию греческой мысли не только в эпоху свободных республик, но даже в эпоху деспотических диадохов. Единство римского государства раздавило развитие критической мысли. Феодальный мир Европы, несмотря на дикость его цивилизации, на крайнюю бедность его культуры, дал начало сатирической и полемической литературе, смелость которой едва вообразима во время ужасов инквизиции и полнейшего самоуправства властителей, не ставивших жизнь и свободу личности ни во что. Критика старой Франции в период Бурбонов сделалась возможна и влиятельна лишь потому, что ни Людовик XIV, ни Людовик XV не могли помешать существованию французской литературы за пределами их государства, среди населения, говорившего по-французски. Едва ли германская философская мысль могла бы получить такое блестящее развитие и такое независимое отношение к своему предмету, если бы германские университеты не были рассеяны в независимых государствах, соперничавших в области мысли, как древние диадохи, несмотря на свою склонность к абсолютизму. Даже для древней Руси можно заметить, что преобладание Северной Руси над Южной и потом Москвы над Русью, при падении самостоятельных народоправств, шло вперед рядом с ослаблением работы мысли. В Московской Руси критика могла уже проявляться лишь в форме Стеньки Разина и раскола.
      Все это приводит к заключению, что раздробление национальностей на независимые государства гораздо более способствует прогрессу обществ, входящих в состав данной национальности, чем соединение всей нации, говорящей каким-либо языком, под законы одного государства.»

Петр Лаврович Лавров (1823—1900)
— русский философ, общественный деятель, один из лидеров народничества.
Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин (1826—1889)

«Злодейства крупные и серьезные нередко именуются блестящими и в качестве таковых заносятся на скрижали Истории.»

«Если я усну и проснусь через сто лет и меня спросят, что сейчас происходит в России, я отвечу, — пьют и воруют.»

«Нет опаснее человека, которому чуждо человеческое, который равнодушен к судьбам родной страны, к судьбам ближнего, ко всему, кроме судеб пущенного им в оборот алтына.»

«В болтливости скрывается ложь, а ложь, как известно, есть мать всех пороков.»

Михаил Евграфович Салтыков (Салтыков-Щедрин) (1826—1889)
— русский писатель-сатирик, публицист.
Царский сановник Константин Петрович Победоносцев (1827—1907)

«Никакая религия не свободна от большей или меньшей склонности к фанатизму<...>»

«Нам говорят, что народ наш невежда в вере своей, исполнен суеверий, страдает от дурных и порочных привычек; что наше духовенство грубо, невежественно, бездейственно, принижено и мало имеет влияния на народ. Все это во многом справедливо<...>»

«Избави нас Бог дождаться той поры, когда наши пастыри утвердятся в положении чиновников, поставленных над народом<...>»

«<...>русский человек так охотно и так много жертвует на церковное строение, на созидание и украшение храмов. Как криво судят те, кто осуждает его за это рвение, а таких голосов слышится уже ныне немало. Это щедрое рвение приписывают то к грубости и невежеству, то к ханжеству и лицемерию. Говорят: не лучше ли было бы употребить эти деньги на "образование народное", на школы, на благотворительные учреждения?»

Константин Петрович Победоносцев (в Европе его называли «русским папой») (1827—1907)
— русский государственный деятель, учёный-правовед, писатель, переводчик, историк церкви. В 1880—1905 гг. занимал пост обер-прокурора Святейшего Синода. Главный идеолог контрреформ русского царя Александра III.

«Не одни отступники погибали среди этого огненного апофеоза религии. Спешность процессов, доносы, личная злоба служителей инквизиции, желание овладеть имуществом богатых - все это очень часто кидало в костры <Испанской инквизиции> людей ни в чем не повинных, искренних католиков.»

«Кроме денежных расчетов, личная месть находила в <святой> инквизиции прекрасное орудие для своего удовлетворения и все виды насилия над личностью под покровом искоренения ереси.»

«В религиозных процессах пытка впервые применяется в 1114 году. Тогда пытали водой еретиков-катаров. В 1157 году вальденсов пытали раскаленным железом. Иннокентий III запретил было это варварское средство добывать признание, но с 1233 года почти все процессы сопровождались "умалением членов". Сперва, впрочем, уже в месте мучений, опять прибегали к убеждению. Еретику грозили муками ада, наконец ближайшими муками - пыткой. <...>его раздевали быстро и с выражением печали, чтобы сильнее потрясти его испугом, затем раскладывали перед ним орудия допроса и еще раз убеждали сознаться. Это было так называемое "кроткое увещевание и отеческое побуждение" (benigne monitus, paterne adhortatus, - говорилось об этом в протоколах инквизиции и между прочим в процессе Галилея). Неудача убеждений приводила обвиняемого к суровому испытанию, al rigiroso esame. Ему связывали руки на спине веревкою, другой конец которой пропускался через блок. В таком положении его еще раз увещевали повиниться. Затем слуги вздергивали его кверху и вдруг опускали, не давая коснуться пола. Стремительное падение сразу останавливалось, члены несчастного вытягивались, веревка врезалась в руки. Если среди этих страшных мучений он объявлял о желании дать показание, его опускали на пол, чтобы записать ответы несчастного. В противном случае продолжали "умаление членов", и так не менее часу. <...> Сознание, полученное на дыбе, подтверждалось еретиком по снятии с нее. Этим он свидетельствовал, что не муки, а истина говорила его устами. Если он отказывался от этого или упорствовал, несмотря на первую пытку, его подвергали второй. Второе испытание производили водою. Еретика клали на стол в форме корыта, нередко покрытый гвоздями, связывали его веревками так, что они врезались в тело, затем, накрыв ему рот и нос мокрою тряпкою, медленно лили на нее воду. Непрерывная струя воды не давала жертве возможности перевести дыхание, она захлебывалась, кровь выступала у нее из носа и рта. Если и тут подсудимый все-таки отказывался дать требуемое показание, тогда применялось третье "умаление членов" посредством огня. Ноги несчастного заколачивали в колодку и, смазав подошвы маслом, поворачивали их к огню. Кожа трескалась от жара, кости обнажались при страшных криках мученика, доведенного прежними муками до последней степени изнеможения. Эта пытка нередко кончалась смертию узника тут же в зале мучений или в темнице, куда его относили после каждой пытки. Редко находились герои, выносившие эти терзания. Большинство признавалось после первого "умаления" в самых нелепых преступлениях, но это подводило их лишь под категорию сознавшихся из страха мучений и одинаково вело на костер <святой инквизиции>. Некоторые <обвиняемые в ереси> налагали на себя руки, не ожидая допроса, но были герои, у которых все истязания не могли исторгнуть отказа от убеждений или сознания в несодеянном преступлении. Это были упорные, предмет глубокой ненависти инквизиторов, как доказательство их бессилия, и жертвы костров.»

Михаил Владиславович Барро
— русский литератор конца 19 века. Обстоятельства жизни Михаила Владиславовича Барро неизвестны.
<<<       >>>
Главная страница
Некоторые факты российской истории